Парадокс логики и обучение критическому мышлению

 

Две статьи в разных пабликах перекликнулись друг с другом: философ говорит о логическом парадоксе (мы не можем напрямую наблюдать логическую форму), а когнитивный психолог рассуждает о том, почему многочисленные курсы критического мышления в школах США не приводят к желанным результатам.


Философ Елена Драгалина-Черная о возможности мыслить нелогично, эксперименте Рут Берн и рациональности правила

Фундаментальный парадокс логики состоит в том, что понятие логической формы относится к числу ее базовых неформальных понятий.

Логическая форма вообще не представлена на уровне поверхностной структуры рассуждения, она не дана нам в наблюдении. Выявление логической формы ― это некая изобретательская, инженерная, дизайнерская деятельность.

Логика вообще не ставит перед собой задачу вскрыть за поверхностной грамматической структурой некоторую универсальную логическую форму и, соответственно, приписать рассуждающим агентам релевантные для этой формы способы рассуждения.

Подробнее тут: Развитие компьютерного моделирования — ПостНаука


Когнитивный психолог Дэниел Виллингэм рассуждает о том, что обучить человека критическому мышлению практически невозможно, если человек не ухватывает идею внутренней логической структуры, описанной выше.

Если не ухватывает, то будет откликаться на поверхностные сигналы, не делая попыток найти глубинные закономерности. И это будет весьма рациональным поведением, защищающим организм от ненужных энергетических трат.

Компонентами критического мышления принято считать умение увидеть обе стороны проблемы, способность быть открытым к новой информации, которая может опровергнуть ваши идеи, способность рассуждать беспристрастно, требовать, чтобы всякое утверждение подкреплялось доказательством, делать выводы и обобщения из наличествующих фактов, решать сопутствующие проблемы.

Ранее предполагалось, что навык соответствующего мышления — что-то вроде езды на велосипеде, овладев которым однажды, можно использовать в любой ситуации. Когнитивистика доказала, что мыслительные процессы не похожи на подобные навыки.

Мыслительные процессы неразрывно связаны с содержанием наших мыслей. Соответственно, напоминая ученику «посмотреть на проблему с разных точек зрения», мы только приучаем его к мысли, что он обязан это сделать. Но если сам он не так много знает об объекте рассуждения, то он и не сможет судить с разных точек зрения. Можно заставить выучить догмы о том, как следует правильно мыслить, но без сопутствующих знаний и опыта ученики вряд ли смогут применить советы на практике. Бессмысленно обучать фактам, не давая понять, как их использовать, и равно бессмысленно учить критическому мышлению, лишенному фактического содержания.

— Участники школьного оркестра долго репетировали парад к ежегодной встрече выпускников. Сперва они маршировали колоннами по 12, но Эндрю оказался позади в одиночестве. Затем встали в колонны по восемь, но Эндрю опять не досталось места в строю. Даже когда встали по трое, повторилась та же история. Наконец, рассердившись, Эндрю сказал, что нужно встать в ряды по пять человек, тогда никто не будет лишним. Он оказался прав. Мы знаем, что в строю было больше 45, но меньше 200 музыкантов — сколько всего было участников в школьном оркестре?

Перед тем, как получить эту задачу, школьники прочитали детальные разъяснения решения нескольких других задач. Одна из них была аналогична задаче про оркестр, только в ней говорилось об овощах. Но лишь 19% учащихся смогли «опознать» задачу про овощи и применить её решение в примере про музыкантов. Как же так получилось?

Когда школьник читает задачу «с сюжетом», он интерпретирует её в ключе того, что читал перед этим. К сожалению, сложность в том, что нужная вроде бы информация увязывается с поверхностным смыслом задачи. Ученик думает об оркестрах, школе, музыкантах и не может подумать о глубинной структуре задачи, чтобы привести её к общему знаменателю с задачей про овощи. Сюжет лежит на поверхности, а математический смысл — нет. Потому первая задача и не помогает большинству в решении второй: в сознании учеников одна была про овощи, а другая — про парад музыкантов.

Если бы знание о решении вообще бы не срабатывало в задачах с новым описанием, в школьном обучении было бы мало смысла. Однако рано или поздно нужное понимание у некоторых людей появляется. Сложно сказать, как оно возникает и за счёт чего, но для педагогов в этом смысле важны два фактора: наличие у ученика представления о внутренней структуре задачи и знание о том, что это структуру нужно искать.


И ищут ученики ту саму скрытую логическую форму, которая описана выше философом.


 

Ученикам можно внушить максимы о том, как им следует мыслить. Учёные-когнитивисты называют такие максимы метапознавательными стратегиями. Это маленькие отрывки общих знаний вроде «ищи внутреннюю структуру задачи» или «учти обе стороны проблемы», которые ученик может запомнить и с их помощью направить свои мысли в продуктивном направлении.

Помогать ученикам лучше управлять их мыслями было одной из целей программ критического мышления, популярных двадцать лет назад. Эти программы были не слишком эффективны. Своим скромным достижениям они обязаны как раз обучению детей метапознавательным стратегиям. Студенты и школьники обучились избегать распространенных ошибок рассуждения: останавливаться на первом выводе, который показался логичным, искать только те свидетельства, которые подтверждают наше мнение, игнорировать свидетельства обратного, переоценивать свои силы и тому подобное. То есть студент, которому много раз говорили обратить внимание на обе стороны проблемы, рано или поздно начинал думать об этом сам, столкнувшись с новой задачей.

К сожалению, ничего сверх этого метапознавательные стратегии нам дать не могут. Они подсказывают, что надо сделать обязательно, но не говорят о том, как именно это осуществить.

КАКИЕ ВЫВОДЫ МЫ СДЕЛАЛИ ИЗ ВСЕХ ЭТИХ ИССЛЕДОВАНИЙ?

  • Во-первых, критическое мышление (а также научное и другие сопутствующие типы мышления) не является навыком. Не существует критическо-мыслительных умений, которыми можно раз и навсегда овладеть и пользоваться независимо от контекста.
  • Во-вторых, существуют метапознавательные стратегии, которым можно научиться, и которые помогут критическому мышлению.
  • В-третьих, способность критически мыслить зависит от предметного знания и опыта.

Подробнее: https://newtonew.com/school/critical-thinking-so-hard

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s